Создатель «Зеленого театра» инвестировал миллионы долларов в «разумное, доброе, вечное»

Соучредитель и акционер стивидорной компании ТИС, основатель «Impact Hub Одесса» и инициатор возрождения общественного пространства «Зеленый театр» в парке Шевченко Егор Гребенников поделился с обществом своим видением об инвестициях в социальные инновации в колонке издания «Украинская правда». Культурометр предлагает своим читателям ознакомится с текстом без правок:

В ряде сфер импакт-инвесторы научили работать вложения в «разумное, доброе, вечное«

Пять лет назад я начал с того, что инвестировал около миллиона долларов в развитие инфраструктуры социальных инноваций в Одессе. Полученный результат промотивировал меня вложить еще 4 миллиона на протяжении последующих лет.

И теперь я готов рассказать о том, как меня из порта занесло в сферу impact-investing.

Но сначала пару слов о международном контексте.

В июне-2017 в Лондоне состоялась конференция Impact Investing Europe, организованная журналом The Economist. На ней СЕО «Danon» Эммануэль Фабер рассказал о том, что бонусные выплаты топ-менеджеров привязаны не только к финансовым результатам, но и к показателям социального воздействия корпорации – и это значительная часть выплаты, 30%.

То есть, вероятность приобретения, например, новой яхты прямо пропорциональна сокращению выбросов CO2 или успешности социальных проектов.

Эта история – о новейшей экономике, в которой деньги снова пахнут. Об экономике, одним из трендов которой становится impact investing, или преобразующее инвестирование. И о том, как этот новый и не вполне еще привычный инструмент начинает менять окружающие реалии.

Этот тренд побуждает богатые семьи от Швейцарии до Америки искать такое размещение средств, которое принесет не только стабильный доход, но и измеримую пользу миру. Пользу обычным людям.

Например, вложение в какао-плантации Divine Chocolate, 45% акций которой владеют фермеры Ганы. Или в немецкую компанию Auticon – предприятие, дающее работу программистам с расстройствами аутистического спектра.

Преобразующие инвестиции подталкивают транснациональные корпорации пересматривать свое отношение к социальной ответственности, переводя ее из разряда «сопутствующих товаров» в ключевую составляющую бизнеса.

Наконец, преобразующее инвестирование ввело в обиход ряд новых понятий и инструментов, таких, как социальные облигации и измеримые показатели социального воздействия.

И это – только начало.

Словом, есть одна хорошая новость: во многих сферах дилеммы «прибыль VS общественное благо» больше не существует.

Преобразующее инвестирование дает ответ на вопрос, куда и как вложить средства и получить не только финансовые дивиденды, но и крепкий сон, порождаемый чистой совестью и выполненными обязательствами. Импакт-инвесторы, наконец, научили работать вложения в разумное, доброе, вечное.

Вторая новость, по традиции, несколько хуже: украинский импакт-рынок пока еще не очень в курсе, что он – существует.

Емкость рынка преобразующих инвестиций сегодня не очень велика даже в мировых масштабах. В пределах Украины все еще скромнее.

У украинских инвесторов есть два варианта.

Можно пойти по проторенной дорожке, обратившись, скажем, в один из швейцарских фондов, занимающихся импакт-инвестированием, и выбрать готовые инструменты из его портфеля. Но объектом подобных инвестиций, скорее всего, станет социальное предприятие, находящееся за тысячи километров от Украины. (Например, школа для детей из малоимущих семей где-нибудь на окраине Сантьяго. Ну и, собственно, почему нет?)

Или все-таки…

Вот, к примеру, Urban Space 100, находящийся несколько ближе. Urban Space 100 – это ресторан в Ивано-Франковске, с легкой руки которого город получил свой «фирменный стиль» и как-то незаметно для себя вошел в состояние социального перезапуска.

Тридцать процентов от прибыли основатели и держатели акций социального предприятия тратят на развитие городской инфраструктуры, благоустройство среды, создание условий для занятий спортом. Акционерами Urban Space являются 100 жителей Ивано-Франковска. Говорят, ресторана с подобным коллективным финансированием и распределением части прибыли, нет больше нигде в мире. (Неплохая альтернатива вложению в решение социальных проблем Бангладеш. Или Сантьяго).

Пример Urban Space – не единичный: в фокусе украинского бизнес-сообщества все чаще оказываются местные проекты, вложившись в которые, можно решить важную социальную проблему. И, учитывая количество проблем, годами находящихся в режиме ожидания, с уверенностью можно сказать: нет резона искать «голубой океан» на другом конце света. Его можно увидеть из окна.

Моим пилотным проектом в сфере преобразующего инвестирования стал культурно-образовательный центр «Кислород», открытый в 2006 году в подвальном помещении площадью 60 квадратных метров. Проект расцвел, но не успел окрепнуть и стать полностью самоокупаемым – через полтора года арендодатель внезапно продал помещение, а очередной финансовый кризис заставил меня сконцентрироваться на основном портовом бизнесе.

Последующие 4 года все мои «преобразующие инвестиции» сводились к более-менее систематическому жертвованию нуждающимся продуктов питания и одежды.

Но на этом пилотном проекте я почувствовал направление, где вложения могли бы принести больше пользы. И в голове потихоньку кристаллизовалась новая концепция и бизнес-модель. Я ждал, пока появятся свободные средства.

Все «срослось» в 2012-м.

У меня освободилась сумма в 950.000 долларов, достаточная для того, чтобы придать зримые формы моему видению. Исходя из возможностей, я решил, что максимум эффекта на вложенные средства принесут две вещи: образование и распространение лучших практик.

Так возникла платформа для развития местных сообществ социальных новаторов и неравнодушных людей.

Я нашел помещение площадью в 400 кв.метров в центре Одессы, арендовал его и впоследствии выкупил. Выбранный нами формат и финансовая модель были новы для Украины и выглядели утопично. Тем не менее, в ноябре 2012-го мы открылись, располагая помещением, видением и энтузиазмом команды.

Одной из фишек нового формата была организация взаимодействия: поначалу мы просто собирали людей и организации, считающих, что город и страна могут стать лучше. Мы познакомили между собой проекты и профессионалов из разных сфер – и у них тотчас зародились общие смыслы, нашлись общие ценности и появились новые идеи.

Когда концентрация социальных стартапов превысила метку «один стартап на квадратный метр», – мы начали проводить презентации проектов перед бизнесменами и профильными чиновниками и запустили серию бесплатных мастер-классов от профессиональных финансистов, маркетологов, юристов, а также собственников и топ-менеджеров различных бизнесов.

В 2013 году, чтобы получить доступ к международному опыту, мы присоединились к глобальной ассоциации Impact Hub. Так возник центр поддержки социальных инициатив Impact Hub Odessa.

Impact Hub Odessa

HUB Гостиная

Cегодня Хаб – это: 1300 квадратных метров образовательного пространства, 7 регулярных программ в разных сферах, 200+ сопровождаемых социальных проектов, 1700 публичных событий и 50.000 гостей в год.

В 2014 году я почувствовал, что будет востребован формат большой культурно-образовательной open air площадки – и арендовал заброшенный четверть века назад одесский Зеленый театр. Восстановление казалось бесконечным и требовало все новых вложений… В итоге, вместе с благоустройством, содержанием и бесплатными мероприятиями, проект обошелся в 530.000 долларов.

За три года удалось превратить театр в комфортное общественное пространство с насыщенной культурно-образовательной программой.

Эти вложения не вернутся. Но превращение Зеленого театра из заросшей свалки в место, куда ежедневно стремятся тысячи людей – ощущение на миллион!

*   *   *

Как видите, исходя из опыта моих проектов – в Украине импакт-инвестор пока что столкнется с нулевой или отрицательной рентабельностью.

Но масштаб социального эффекта с лихвой окупит любые ожидания – да так, что мысль о нескольких незаработанных процентах покажется кощунственной против объема принесенной пользы.

А для закоренелых прагматиков есть более маржинальные проекты импакт-инвестирования, чем образование и распространение лучших практик – но об этом позже.

Возможно, вы с раздражением задаетесь вопросом: а где же здесь, черт побери, возвратность?

При чем здесь инвестирование и чем описываемое отличается от обычной благотворительности? Как устроена бизнес-модель, каков ROI и учтена ли альтернативная стоимость денег?! И вообще, нам не нравится образование как объект инвестирования – нам подавай ветроэнергетику или завод по переработке мусора с порогом входа от $20 млн!

Не волнуйтесь, уважаемые читатели.

В жанре импакт-инвестирования найдутся мини-проекты для пенсионера и мега-проекты для зажиточных граждан. А у крупных холдингов давно есть собственные отделы CSR (отдел социальной ответственности бизнеса) – просто в некоторых компаниях они даром едят свой хлеб, принося акционерам дорогие проекты со слабой социальной и пиар-отдачей. Хотя может быть наоборот.

   

Популярные новости за неделю

2016-01-10-56




2016-01-10-56
2016-01-10-56
Google+