Одесситка написала книгу после случайной встречи в Италии

Одесситка Ирина Фингерова написала книгу о подростках, вдохновившись случайной встречей в Италии. Книгу писала в Германии, живя на чердаке в лесу. Роман вышел в печать, теперь его можно купить онлайн и в книжном магазине. А Культурометр расспросил Ирину о том, как создавалась книга и зачем ее читать.

Ирина Фингерова

– Замки – это роман для тех, кто смотрит сериал о своей жизни. Или читает книгу. Может быть, даже пишет биографию. Это роман-воспитание без назидательной нотки, без попытки найти простые ответы на сложные вопросы. Это роман прежде всего об эскапизме, о взрослении девочки Тани, о созависимых отношениях с лучшим другом, инфантильных родителях, мессианстве и попытке всех спасти, о стереотипных представлениях про людей из маленьких городов, которые уныло проводят время и спиваются по-тихоньку (спойлер: это не так). Замки косят под Young Adult литературу, но это роман о подростках, а не для.

– Как появилась книга?

Я вернулась из Рима, я поехала туда с еврейской студенческой организацией, мне было 19, я хотела путешествовать, а до Италии автостопом было далеко. Я тогда не знала, но я ненавижу путешествовать в группах, испытываю почти физический зуд от невозможности шагать в своем темпе. Как только наступил шаббат, я тихонько сбежала бродить по Риму с чуваком, которого нашла на коучсерфинге и девочкой из группы.

Мы гуляли всю ночь и под утро зашли в хостел, в котором он работал (и жил тоже, потому что был бездомным). Так мне пришла в голову идея подрабатывать в хостеле, а на выходных там жить и немного отдыхать от родителей.

Потому что в 19 жить с родителями бывает утомительно. Я пришла утром в хостел и смену сдавала прекрасная рыжеволосая девочка, мы начали говорить и проговорили до самого вечера. Она и рассказала мне историю, которая легла в основу романа. Кое-что я изменила, конечно, добавила драмы, поменяла антураж.

Средневековье и лепрозорий (ролевая игра, в которую играет Таня и Морган) я добавила, потому что хотела, чтоб история, которую выдумывают персонажи, была символическим отражением их глубинных страхов. Например, остров свободы – это аллюзия на питерпенство, отказ от взросления.

Вторая важная линия – это Серёжка, Адам и Лилит – они работают на заводе, а по вечерам пьют вино со школьниками и говорят о Ницше. Они считают, что подростки – самые интересные люди в городе. Эта история одного рыцаря из моих 17, который жил в Южноукраинске, а потом переехал в Одессу. И я была поражена тем насколько волшебным было его детство. Я пряталась в книгах, а он в настоящих пещерах.

– Сколько времени ушло на книгу?

– Я начала писать замки в 2014-м и закончила тоже. Даже выложила в открытом доступе вк, и у меня появилась куча читателей. Я планировала сделать трилогию, повествующую о взрослении и включающую в себя все знакомые мне подростковые кризисы, но решила остановиться на ключевом для меня периоде – переходе из детства в юность. Когда мы переехали в Германию, я переписала роман заново. Оставила одну сюжетную линию и имена персонажей.

Я тогда была на четвертом месяце беременности и держала это в тайне не из-за суеверий, а просто потому что у меня духу не хватало сказать вслух, поверить, что от меня отпочкуется настоящий человек.

Мы жили в общежитии в лесу, на прекрасном чердаке почти бесплатно. Нашими соседями была семья беженцев из Ирака. Они шли (!) в Германию пешком два года, в Македонии родился третий ребенок. Маме было 26, старшей дочери 13.
Мы каждый день ходили смотреть на реку и она каждый день была разной.

Как раз оказалось, что Якоб переехал в Германию. Якоб однажды написал мне вк: “здравствуйте, мы не знакомы, я приехал из Бамберга преподавать немецкий в Николаев, купил вашу книгу “Сюр-тук” и перевел. Вы не против?”.

Потом Якоб перевел синопсис Плацебо и мы разослали его где-то в 50 издательств. Одно австрийское издательство предложило нам встретиться во Франкфурте. И я поехала. Поездка была тогда не по карману, особенно учитывая, что я ехала на поезде (чтоб не блевать), а поезда самый дорогой вид транспорта в Германии.
Поэтому я одолжила у подруги, которая тоже у кого-то одолжила, чтоб одолжить мне.

По дороге поезд Якоба сломался и он не успел на встречу. Сама я не смогла убедительно донести, почему жанровая литература, которая не соответствует законам жанра, должна быть интересна австрийским читателям.

Но зато смогла убедить своего издателя, что замки будут интересны украинским читателям, несмотря на то, что изначально я обещала совсем другой роман, и мы даже обсудили сроки.
На следующий день, я проверила свою карточку, совершенно случайно.

И увидела, что мне пришел гонорар от дрезденского литературного журнала “ostragegehe”, который напечатал переводы моих рассказов за несколько месяцев до этого и это была та же сумма, что я потратила на билет. Я подумала, что это хороший знак.

А дописывала роман я уже на 8м месяце, мы переехали в Каменц, нашли акушерку, я записалась на курсы по аккупунктуре матки через пятки (не спрашивайте), и каждый день писала по 3.000 слов, нещадно прокрастинируя и пытаясь сесть или лечь так, чтоб поместился живот.

Мне было очень важно закончить до родов потому что я боялась, что вдруг превращусь в кого-то другого и этот человек не будет дописывать мой роман.

Книга Ирины Фингеровой

– Вот это история! А почему события разворачиваются не в Дрездене, а в маленьком городке Николаевской области?

– Мне было важно рассказать, что маленькие города пронизаны магией, показать эстетику унылых многоэтажек, законсервировать это ощущение собственной уникальности вопреки всему, с которого по-моему и начинается и заканчивается детство.

– Самый сложный персонаж в этой истории?

– Все персонажи амбивалентные, нет ни одного однозначного, потому что люди – не фотографии, потому что во всех есть все, потому что я хотела показать, что подростки сложно скроены и за всяким решением стоит мотивация, пусть и не всегда рациональная.

– На какой эпизод ушло больше всего времени?

– На кульминационный эпизод, где Рина Вертер узнает правду. Изначально я думала, что она попытается совершить суицид и оправдывает свой псевдоним, но потом я все больше думала об эффекте Вертера – волне подражающих самоубийств и решила, что я не хочу браться за такую задачу: рассказать о попытке самоубийства, не романтизируя ее и предлагая альтернативу без тупой назидательности. Поэтому она просто уехала автостопом в ночь.

– Как повлияла эмиграция на твое творчество?

– Думаю, больше повлияла беременность. Эмиграция, конечно, тоже. У меня здесь нет публики и приходится иногда брызгать литературными поллюциями на кассиров или бабуль (других неискушенных зрителей нет) и говорить что-нибудь этакое на скверном немецком. Я сейчас пишу меньше, но много читаю (наконец-то, я несколько лет вообще не могла читать) и я этому очень рада.

– За что ты любишь эту книгу, “Замки”?

– Я люблю эту книгу за то, что она человечная и не пытается усложнять то, что и так сложно, и упрощать или обесценивать переживания, которые быстро теряют актуальность, но оказывают сильное влияние на личность. Прошло уже два месяца после выхода книги, и она все ещё мне нравится. Это пока рекорд.

– Почему, как ты считаешь, ее нужно прочитать?

– ЗАмкИ – это замочная скважина в чужую голову, если любите путешествовать во времени или открывать давно изведанные земли – вам по адресу.

– Где купить книгу в Украине?
– Онлайн: на сайте Фолио, Якабу, да хоть Розетке. И по Украине в книжных магазинах. В Одессе точно есть в Букве и Книгарне-кав’ярне.

Беседовала: Оксана Маслова
Фото: предоставила Ирина Фингерова

 

Читайте новости Культурометра в Telegram, Instagram и Facebook.

   
 
 
 
 

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ ЗА НЕДЕЛЮ

 
 
 
2016-01-10-56
2016-01-10-56
2016-01-10-56